Репортажи

Дышать и плакать

Как волонтеры фонда «Старость в радость» привезли в мордовские дома престарелых гитару, аккордеон, сладости, памперсы и собак

Фото: Виктория Одиссонова / «Новая газета»

Этот материал вышел в № 138 от 12 декабря 2018
ЧитатьЧитать номер
Общество

4
 

Когда много работаешь с людьми, которым нужна помощь, и с теми, кто ее оказывает, начинает казаться, что на тебе нарос хоть какой-то защитный панцирь. Но после таких тем, как эта, понимаешь, что это иллюзия. Из поездки в дома престарелых в Мордовии с волонтерами «Старость в радость» я приехала в беспомощности перед тем, что я увидела, и перед тем, что мне предстояло об этом написать.

Но я точно знаю человека, который умеет писать о благотворительности с безупречной интонацией. Наш обозреватель, мой редактор и учитель — Зоя Валентиновна Ерошок. Очень хотела с ней посоветоваться, но не успела. В ночь, когда я вернулась из командировки, Зои Валентиновны не стало. Она была другом фонда «Старость в радость». Пока я пишу этот текст, кажется, слышу ее голос.

В этот раз ночным поездом волонтеры едут в два дома престарелых: один специализированный в деревне Потьма и один общий в соседней Тарханской-Потьме. А я решаю ехать на машине, чтобы помочь с доставкой гуманитарной помощи и заодно беру с собой собак. Они много раз ездили со мной в детские дома, умеют показывать трюки, любят обниматься и общаться.

Подготовка начинается со сбора гуманитарной помощи задолго до назначенной даты. Нужно все: очки, тонометры, крем для рук, бритвенные станки, зубная паста, влажные салфетки, памперсы, обогреватели, теплые вещи, пледы, пряжа. Все это фонду помогают собрать частные жертвователи и крупные компании.

Накануне выезда я приезжаю на склад, сотрудники выносят и загружают бесконечное количество коробок и тюков в мой совсем не маленький минивен. У меня возникает только один вопрос: как? Как восемь человек, которые едут в плацкартном вагоне, должны были везти все это на себе, если бы не было машины… Волонтер Галя весело отвечает:

«На самом деле, несложно: несем на себе партиями, загружаем на третьи полки и в тамбур. Проблемы бывают, только если выходим на полустанке, где поезд стоит три минуты. Вот тогда приходится выбрасывать из дверей и окон прямо на платформу».

Когда машина загружена в прямом смысле слова под потолок, остается аккордеон. Он не влез в салон, поэтому составляет мне компанию, пристегнутый на переднем сидении. Я тоже еду в ночь. Всего пятьсот километров, дорога хорошая, только быстро становится гораздо холоднее, чем в городе. Все равно не могу удержаться и под утро останавливаюсь посреди поля, погулять с собаками и посмотреть на звезды. Их так много, и они здесь такие яркие, что Сириус я несколько километров принимала за фонарь за лесом…

С волонтерами «Старость в радость» мы встречаемся в Зубово-Полянском специальном филиале «Ширингушского дома-интерната для престарелых и инвалидов» в семь утра. Их с полустанка в Потьме забрал водитель на уазе — настоящей «буханке».

Волонтеры фонда едут на «буханке», бывшей машине скорой помощи, в дом престарелых. Фото: Виктория Одиссонова / «Новая»

Благотворительный фонд «Старость в радость» начался с поездки теперешнего директора фонда Елизаветы Олескиной (тогда студентки филфака МГУ) в фольклорную экспедицию в Псковскую область в 2006 году. Она не смогла остаться равнодушной к проблемам одиноких стариков. Организовала волонтерскую группу, которая стала помогать домам престарелых и нуждающимся пожилым людям. В 2011 году был зарегистрирован благотворительный фонд.

Каждые выходные команды волонтеров едут в дома престарелых, устраивают праздники, концерты, привозят средства по уходу, делают ремонты, обустраивают территории. Постоянно растет программа «внуки по переписке». Сейчас это уже тысячи писем ежемесячно, которые люди пишут одиноким пожилым людям по всей стране. На сегодняшний день у фонда двадцатитысячная волонтерская сеть, на попечении двести домов престарелых в двадцати регионах России и шесть патронажных служб для надомного ухода.

В Ширингушском доме-интернате для престарелых и инвалидов. Фото: Виктория Одиссонова / «Новая»

В доме престарелых в деревне с красноречивым названием Потьма живет восемьдесят восемь человек. Это одно из первых подобных учреждений, которое построено еще в 50-е годы ХХ века. Тогда в Советском Союзе начали выходить из тюрем осужденные по 58-й статье, отсидевшие или реабилитированные.

Мордовия — тюремный край. Многим некуда было идти, не осталось родственников, недвижимости, средств к существованию. Государство придумало такие «пансионаты», где освободившиеся могли провести остаток своей жизни.

Жители дома престарелых идут смотреть выступление волонтеров фонда «Старость в радость». Фото: Виктория Одиссонова / «Новая»

Постепенно сюда стали попадать и просто неблагополучные одинокие старики, оказавшиеся на улице, серьезно больные люди, от которых отказались родственники и которые не могут себя обслуживать. А еще в специализированный дом престарелых переводят выпускников психоневрологических диспансеров и детских домов для детей с особенностями развития, когда они вырастают.

Так они кочуют из одного госучреждения в другое. Всю жизнь.

Территория дома престарелых — довольно печальное зрелище. Раньше его обитатели могли заниматься сельским хозяйством. Сохранилось обветшалое здание бывшего коровника, угадывается давно заброшенный огород и даже небольшой сад. По новому законодательству все это запрещено, потому что «может принести материальную выгоду». На каждую яблоню в саду нужен отдельный сертификат, разрешающий выращивать на ней яблоки…

Само здание похоже на очень старую больницу, пахнет так же. Волонтеры греются за чаем в ординаторской, ждем окончания завтрака и сбора ходячих обитателей дома в столовой, где будет небольшой концерт.

Волонтеры поют под гитару в доме престарелых. Фото: Виктория Одиссонова «Новая»

Опытный волонтер Елена рассказывает:

«Я тем, кто приезжает первый раз, всегда говорю: плакать нормально, это даже хорошо. Вышли в коридор, подышали, поплакали, вернулись в палату. Очень важно делать то, что нравится. Вы не приезжаете сюда страдать или отрабатывать аскезу. Любите петь под баян — пойте. Любите писать открытки — пишите, обниматься — обнимайтесь. Не нужно себя мучить, всегда можно найти, чем помочь так, чтобы и вам понравилось. Не только подопечные, но и волонтеры должны вынести из поездки положительные эмоции и опыт».

В столовой дома собираются те, кто сам может ходить или передвигается на коляске. Поем под баян песни военного времени и чуть более современные тоже. Сначала аудитория немного стесняется. Но персонал хорошо подпевает, хлопает, подбадривает слушателей. На удивление не «выгоревшие» (на такой-то работе) медсестры, кажется, не проводят здесь дни и ночи, а тоже недавно приехали. Под «Катюшу» зал оттаивает.

После песен абсолютным хитом программы становятся собаки. Для концерта привожу самого старшего и опытного в волонтерских поездках Чейза. Он умеет держать аудиторию: изображает «зайку», ловит подброшенный мяч, делает вольты, кувырки и восьмерки, ходит на задних лапах. К полному восторгу аудитории его и самого маленького, но такого белого и пушистого шпица Молли можно погладить. Ей всего год, она еще ни разу не была с нами в таких поездках. Довольно быстро расслабляется, бабушки хотят только погладить: «Она похожа на муфту, такая мягкая и теплая!»

Во время выступления волонтеров фонда «Старость в радость» жителей дома престарелых развлекает еще и белый шпиц Молли. Фото: Виктория Одиссонова / «Новая»

Я про себя думаю: «Зачем плакать, они ведь только старые…» Пока мы обходим зал, чтобы каждый мог пообщаться с собаками, волонтеры продолжают петь, а часть собирается для обхода палат с лежачими, которые не смогли прийти в столовую. Мне приходится менять собак. Чейз и Молли устали, общались больше чем с пятьюдесятью людьми, это большая нагрузка.

По палатам со мной идут Йо-йо и Гроза, их задача показать несколько простых трюков в каждой палате и дать себя погладить. Вроде бы совсем нетрудно. В нашей стае Йо-йо — заводила, самый большой, самый буйный, самый уверенный. Когда он входит в первые несколько палат, где живут довольно нестарые и веселые мужчины, то ведет себя, как обычно. Радуется, скачет, пытается украсть лежащий на тумбочке бутерброд.

Когда мы заходим в палату, где живут три неходячие пожилые женщины, я его не узнаю. Татьяна Анатольевна перенесла инсульт, врачи скорой нашли ее на улице. Она не может говорить и двигать ногами, руки слушаются ее, но плохо. Йося встает к ней на кровать передними лапами, подсовывает голову под руки, замирает и закрывает глаза… Несколько секунд мне кажется, что она даже не дышит. Татьяна Анатольевна гладит его по голове, а второй рукой показывает мне большой палец.

Татьяна Анатольевна. Фото: Виктория Одиссонова / «Новая»

В дальнем углу палаты — Екатерина Александровна, у нее тяжелая форма деменции, все время что-то бормочет. Попала в этот дом престарелых из психоневрологического диспансера, где провела большую часть своей жизни. Беспокойно вертится в кровати, медсестры спрашивают ее, нужен ли укол обезболивающего. Когда я поднимаю Грозу на край ее кровати, она вдруг замолкает, обхватывает ее голову двумя руками и замирает. Гроза прижимается к ее груди и перестает даже моргать. Я никогда прежде не видела моих собак такими спокойными и понимающими.

Медсестры объясняют мне, что к третьей бабушке в палате можно не подходить, она слепая и немая, у нее онкология. Все равно ничего не поймет, можно идти дальше. У нее совсем неподвижное лицо. Но я все-таки решаю попробовать. Поднимаю Грозу и кладу ладонь бабушки на ее голову. Рука ощупывает шерсть, глаза и мокрый нос собаки. И вдруг бабушка начинает улыбаться и одновременно плакать…

Фото: Виктория Одиссонова / «Новая»

Когда она отпускает Грозу и мы идем дальше, Татьяна Анатольевна с левой кровати вдруг хватает меня за руку, а второй что-то показывает. Медсестры переводят мне, что она хочет сказать: пожалуйста, приезжайте еще! Мы с фотографом Викой выходим в коридор. Дышать и плакать.

В столовой сотрудники дома кормят волонтеров обедом, старшая медсестра, Валентина Николаевна Жаткина, объясняет:

«Стало, конечно, тяжелее. Я работаю здесь тридцать лет. По распределению попала. Раньше был сад, скотина, все-таки при деле. Потом это запретили, но были хотя бы массажист, техника какая-то медицинская, специалист по лечебной физкультуре. Хоть какое-то разнообразие для них. В 2015 году все сократили. Еще приезжали студенты и школьники, устраивали праздники. А сейчас родители против. Ведь здесь зоны кругом, и у нас живут освободившиеся. Боятся, что дети наслушаются чего-нибудь. Теперь из развлечений для стариков только сигареты, чифирь и телевизор. Остался младший и средний медперсонал. Зарплата со всеми надбавками и премиями в лучшие времена около 15 тысяч, за график 5/2».
Житель Ширингушского дома-интерната для престарелых и инвалидов. Фото: Виктория Одиссонова / «Новая»

Во второй дом престарелых в Тарханской Потьме мы приезжаем после обеда. Здесь все проходит намного легче. Здание новее, лучше. Живет здесь 50 человек, персонала больше. Попадают сюда в основном представители местного населения — мордва. Но все хорошо говорят и отлично подпевают по-русски, играют с волонтерами в волейбол воздушными шарами и хлопают повторившему выступление Чейзу.

Только один безногий мужчина в инвалидном кресле сидит в углу и не очень хочет участвовать в концерте. Я подхожу к нему и предлагаю погладить Молли, сажаю ее к нему на колени. Он высовывает из рукавов телогрейки обрубки ампутированных кистей и прижимает Молли к себе.

В доме престарелых в Тарханской Потьме. Фото: Виктория Одиссонова «Новая»

После обхода палат нас приглашает к себе в кабинет заместитель директора, Раиса Анатольевна Бабкина, поит чаем, кормит огромными оранжевыми пышными мордовскими блинами и рассказывает:

«Самое страшное — это судьбы тех, кто здесь живет, их одиночество. У каждого жизнь повернулась так, что они оказались одни. Когда стало нужно, было некому помочь, некуда пойти. У кого-то сгорел дом, кто-то пил так, что получил обморожение, ампутацию и больше не может себя обслуживать. Но ведь пьют они все не просто так. Жизнь у каждого была непростая и привела их сюда».

Когда мы прощаемся с персоналом дома и волонтерами перед моим отъездом, у меня остаются только любимые слова Зои Валентиновны Ерошок: спасибо, спасибо!

Наталья, волонтер фонда (слева) общается с бабушками в доме престарелых. Фото: Виктория Одиссонова «Новая»

В декабре 2017 года в правительстве был утвержден «Комплекс мер по созданию системы долговременного ухода за гражданами пожилого возраста и инвалидами в России». Он должен обеспечить необходимую социальную и медицинскую поддержку всем, кто в этом нуждается. Пока эта система в нашей стране не работает.

«Старость в радость» вместе с другими НКО и экспертными организациями разрабатывает для программы методологию. Проект реализуется в партнерстве с Министерством труда, Министерством здравоохранения и Агентством стратегических инициатив и региональными администрациями. Пилотный запуск рассчитан на три года в шести регионах России.

Чтобы система заработала, нужно внести множество корректив в текущие системы социальной и медицинской помощи. Требуются изменения в региональные законодательства, координация работы медиков и социальных работников, появление многих новых или слабо работающих пока сервисов вроде центров дневного пребывания для людей маломобильных или с деменцией. Нужны школы ухода для родственников, вообще система помощи близким, ухаживающим за своими престарелыми родителями.

Необходимо появление нормальных патронажных служб, чтобы люди могли жить у себя дома и получать помощь, нужно научиться правильно ухаживать за пожилыми людьми, а это значит, нужно научиться реабилитировать, активизировать людей, наконец, подготовить огромное количество специалистов, которые будут правильно понимать суть ухода и которые будут умело это делать. Сейчас нянечки, да и сиделки, по старинке моют пол, стены, тумбочки и мало занимаются человеком. А если занимаются, то неправильно.

Система долговременного ухода — отличная инициатива, на реализацию которой уйдут годы. А помощь пожилым людям в домах престарелых и одиноким старикам дома нужна сегодня.

Это может случиться с каждым из нас, с нашими родителями, дедушками и бабушками.

В Ширингушском доме-интернате для престарелых и инвалидов. Фото: Виктория Одиссонова «Новая»

Директор фонда «Старость в радость» Елизавета Олескина рассказывает:

«Конечно, за одиннадцать лет, что мы занимаемся помощью пожилым, изменилось очень многое. У нас в фонде появились программы медицинской и материальной помощи пожилым в учреждениях и на дому, программы досуга и реабилитации, появились «наши» отделения и патронажные службы, где работают наши санитарки, которым мы платим зарплату, и куда мы ежемесячно покупаем предметы личной гигиены, подгузники, лекарства и т.д. Мы обучаем помощников по уходу. Помогаем организовать правильный уход в учреждениях и в патронажных службах. У нас теперь работает много серьезных профессионалов, имеющих отечественный и зарубежный опыт организации ухода и помощи пожилым.
Едва ли не самая сложная для нас проблема — найти деньги на оплату труда нашим помощникам по уходу. Во многих домах престарелых критически не хватает персонала для того, чтобы обеспечить пожилым уход и досуг. Проект фонда «Один день счастья» направлен на сбор средств для финансирования работы этих сотрудников. Каждый день они дарят пожилым общение и радость, продлевают их жизнь и делают ее лучше».

помочь!
 

Помочь фонду можно здесь:

https://starikam.org/help/
Реквизиты для перевода в рублях
 

Получатель: БФ «Старость в радость»
Юр. адрес: 127006, Москва, Улица Садовая-Триумфальная, 4–10
ИНН: 7710479486
КПП: 771001001
Расчетный счет: 40703810838000070062
Банк получателя: ПАО «Сбербанк России»
Корреспондентский счет: 30101810400000000225
БИК: 044525225

Топ 6

Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera