×
Репортажи

«Сказали вытереть с пола кровь кляпом, который был у меня во рту»

В Пензе допросили одного из обвиняемых по делу «Сети»

Дмитрий Пчелинцев. Фото: Екатерина Герасимова/7х7

Этот материал вышел в № 56 от 27 мая 2019
ЧитатьЧитать номер
Общество

Андрей Каревкорреспондент судебного отдела

 

В Пензенском областном суде продолжается рассмотрение уголовного дела в отношении семерых пензенских антифашистов, обвиняемых в создании движения «Сеть» (признано террористическим и запрещено в России. — Ред.) и участии в нем. Дело слушает тройка судей из Приволжского окружного военного суда. Прокуратура попыталась начать представлять свои доказательства, но один из обвиняемых Дмитрий Пчелинцев решил поменять ход процесса и дал показания в самом начале. Он рассказал, про антиавторитарную среду, страйкбольные команды, квесты и пытки. «Новая» приводит основные выдержки из его выступления.

По пензенскому делу проходят семеро: Максим Иванкин, Василий Куксов, Михаил Кульков, Дмитрий Пчелинцев, Арман Сагынбаев, Андрей Чернов и Илья Шакурский. Всем им вменяют организацию и участие в террористическом сообществе. Отдельно Шакурского, Пчелинцева и Куксова обвиняют в незаконном обороте оружия. А Чернову, Кулькову и Иванкину еще инкриминируют покушение на производство и сбыт наркотиков. Пчелинцеву отдельно — покушение на умышленное повреждение чужого имущества.

В Петербурге рассматривают дело «Сети» в отношении Виктора Филинкова и Юлия Бояршинова. На прошлой неделе «пензенских» допросили по этому делу в качестве свидетелей. Из семерых Максим Иванкин взял 51-ю статью и отказался давать показания, а Пчелинцев и Сагынбаев рассказали, что «Сети» не существует, а с питерскими они вообще не знакомы. После «пензенские» ходатайствовали об объединении дел в Питере и в Пензе в один процесс, но суд не нашел для этого оснований.

На очередном заседании 22 мая прокурор Сергей Семеренко определился с порядком представления доказательств: начать с допроса свидетелей обвинения, изучить письменные материалы дела, вещественные доказательства и потом допросить подсудимых. Но Дмитрий Пчелинцев предложил начать процесс по своему «сценарию» — заявил, что готов дать показания первым.

Суд согласился выслушать Пчелинцева и напомнил, что закон позволяет подсудимым давать показания на любой стадии процесса.

«Я не понимаю, какие мои действия можно квалифицировать по ст. 205.4 (создание и участие в террористическом сообществе), не имею представления, от чего мне защищаться. Слово «террористический» и ему однокоренные встречаются в деле 268 раз — чаще, чем предлоги и союзы», — начал он.

Пчелинцев снова повторил, что ничего не знает о сообществе «Сеть», ни о распределении ролей в нем, ни о его правилах и других вменяемых ему событиях.

По его мнению, это движение в реальности не существовало, его придумали сотрудники ФСБ — «исключительно фантазия следователей».

«Я осуждаю любую террористическую деятельность в самых строгих терминах, отношусь к этому крайне негативно», — добавил Пчелинцев.

Он заметил, что ему вменяют создание одной из ячеек движения «Сеть» — «5 ноября». Это название его страйкбольной команды и там нет никакого скрытого контекста.

«Команды делятся на «зеленые» и «красные». Там, где играл я, названия команд носили условный характер. Если команда играла за «красных», это не значит, что они были большевиками. Также была легенда во время игры, что одна команда условных «националистов» называлась «5 ноября», а другие антифашисты — условное название «Восход». Я играл за обе команды. Естественно никаких националистов среди нас не было», — объяснил Пчелинцев.

Он подробно рассказал суду, что такое антиавторитарная среда, к которой причисляют себя подсудимые. В таком окружении, по словам Пчелинцева, нет лидера, все решения принимаются сообща на основании консенсуса. Например, роли во время игры в страйкбол распределялись по принципу «камень, ножницы, бумага».

«В антиавторитарной среде большинство разделяют идею гуманизма и считают, что жизнь важна. Нельзя отнимать жизнь не только у людей, но и у животных и насекомых. Комаров я, например, не убиваю, а сдуваю с себя», — сказал Пчелинцев.

Пчелинцев подчеркнул, что не считает себя анархистом, а скорее относит себя к антифашистам. Вместе с этим анархистов он считает мирными людьми.

«Если прийти в анархистскую среду и спросить, хотят ли они свергнуть конституционный строй, они посмотрят на тебя, как на дурака», — улыбается Пчелинцев.

По поводу обвинения в конспирации и использовании вымышленных имен, Пчелинцев сказал, что в их среде часто используют псевдонимы. Иногда брали вымышленные имена, чтобы обезопасить себя от нападений неонацистов.

Отвечая на вопросы адвоката, Пчелинцев рассказал о знакомстве с другими фигурантами дела. В частности, с Шакурским познакомился после армии, ходили вместе в тренажерный зал, с Черновым и Сагынбаевым пересекались на концертах, с Иванкиным подрабатывали в ресторане, с Кульковым участвовали в играх в страйкбол. А с Куксовым вовсе не был знаком.

По словам Пчелинцева, фигуранты дела не входили в его ближайший круг общения. На вопрос защиты о том, почему его выбрали лидером группы, Пчелинцев объясняет, что выбор ФСБ пал на него из-за активной жизненной позиции, широкого круга общения и работы инструктором по стрельбе:

«На меня было легче всего состряпать дело. Пять единиц оружия, которое официально было зарегистрировано на меня, служба в армии, должность инструктора по стрельбе», — предположил подсудимый.

Он обратил внимание суда на нестыковки, которые касаются так называемых «съездов ячеек» и «полевых выходов для отработки боевых навыков». Это такими терминами следствие называет игру в страйкбол и квесты. В деле фигурирует сбор «Сети» в Пензе в январе-феврале 2017 года. Также вменяются «выходы» в ноябре 2015 года, июле 2016 года, «тренировки» около завода «Биосинтез», в заповеднике Ахунах и в районе села Константиновка Пензенской области. Пчелинцев утверждает, что там не был.

Но, говорит, был на квесте около заброшенного лагеря «Карасик», ездил «за компанию» и позвал с собой Чернова. В другой раз ездили в поселок Мокшан, «просто потусоваться» и снять видео: «Там рядом находится психбольница, и мы решили поснимать ее для атмосферы в тот день, когда выводят погулять ее обитателей. Идея видеоролика была такой, как будто весь мир сошел с ума».

Что касается съезда в Петербурге «5 ноября», на котором, по версии обвинения, в феврале 2017 года «проверялась готовность боевой группы», то Пчелинцев свое участие полностью отрицает.

Следствие пыталось связать их дело с движением «Артподготовки» Вячеслава Мальцева (организация запрещена в РоссииРед.), но не вышло, — говорит подсудимый.

«Следователи мне потом говорили: «Скажи, что собирался ехать воевать в ИГИЛ (запрещенная в РФ организация)». Потом предложили написать, что ездил к мальцевским, чтобы пройти боевую подготовку, и сказать, что те, кого им не удалось найти, тоже туда уехали. Они сами не знали, что придумать», — вспоминает Пчелинцев.

Он добавил, когда ему предъявляли обвинение, ему следователь дал на выбор: признать вину по всем эпизодам и получить ч. 2 ст. 205.4 (участие в террористическом сообществе — смягчение обвинения) или ничего не признавать — получить первую часть как организатор. Как утверждает Пчелинцев, у следствия заранее были готовы два варианта обвинения. Изначально, продолжает подсудимый, в деле организатором выступало «неустановленное лицо с позывным «Тимофей».

Также на допросе Пчелинцев рассказал новые подробности о том, как его пытали и выбивали показания с момента задержания, в октябре 2017 года и до сентября 2018 года. Он вспомнил о первых пытках в пензенском СИЗО сразу после ареста:

«Зашел в камеру № 52, потом зашли 6 сотрудников ФСБ и оперативники. Я не понимал, что происходит, потому что оказался первый раз в СИЗО. Мне сказали раздеваться, я сел на лавочку. После того как они стали приматывать мои ноги к лавочке скотчем, я понял — все пропало. Все сотрудники были в балаклавах и медицинских масках. Подсоединили провода к большим пальцам ног и включили динамо-машину. Даже ничего не спрашивали. Я ощутил ток примерно до колена. Такое ощущение, как будто сдирают кожу. Меня били раз пять. Они сказали: «Если ты не понял, ты в руках ФСБ, мы с тобой играть не будем. Ответы «нет» и «не знаю» — не правильные ответы». <…> Мне разбили коленки. На полу была кровь, сказали вытереть ее с пола кляпом, который был у меня во рту. Предупредили, если спросят, почему кричал — ответишь: «Пел». Спросят, почему коленки разбиты — скажешь, молился».

Пчелинцеву несколько раз предлагали пойти на сделку и дать признательные показания в обмен на смягчение обвинения. Угрожали убийством жены, «отвезут ее в лес и отрежут ей голову». По его словам, в последний раз предложение поступило в августе 2018 года, тогда же его заставляли дать показания против Шакурского и Чернова. «Мне предъявили обвинение, и я выбрал первую часть [ст. 205.4 УК РФ]», — закончил Пчелинцев.

Следующее заседание назначено на 27 мая. Гособвинитель планирует допрос Егора Зорина, который первым написал явку с повинной и дал показания на других фигурантов. Позднее его перевели под домашний арест, а потом вовсе сделали свидетелем.

Друзья!

Если вы тоже считаете, что журналистика должна быть независимой, честной и смелой, станьте соучастником «Новой газеты».

«Новая газета» — одно из немногих СМИ России, которое не боится публиковать расследования о коррупции чиновников и силовиков, репортажи из горячих точек и другие важные и, порой, опасные тексты. Четыре журналиста «Новой газеты» были убиты за свою профессиональную деятельность.

Мы хотим, чтобы нашу судьбу решали только вы, читатели «Новой газеты». Мы хотим работать только на вас и зависеть только от вас.
Вы можете просто закрыть это окно и вернуться к чтению статьи. А можете — поддержать газету небольшим пожертвованием, чтобы мы и дальше могли писать о том, о чем другие боятся и подумать. Выбор за вами!
Стать соучастником
Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera