×
Колумнисты

Эпос, а не миф

Оказывается, можно снять лучший фильм в истории современного кино, просто рассказав людям правду

Кадр из сериала «Чернобыль». Kinopoisk.ru

Этот материал вышел в № 61 от 7 июня 2019
ЧитатьЧитать номер
Общество

Кирилл Мартыновредактор отдела политики

11
 

Американский кабельный телеканал HBO, известный всему миру благодаря «Игре престолов», выпустил мини-сериал «Чернобыль». К большому удивлению наших соотечественников, это шоу получило высшие оценки зрителей за всю историю телевидения.

В базе фильмов IMDB «Чернобыль» получил в среднем 9,7 балла от 150 тысяч проголосовавших — это больше, чем у «Во все тяжких», «Остаться в живых» или той же «Игры престолов».

При этом слово «шоу» тут, пожалуй, уместно только отчасти — в той мере, в которой создатели «Чернобыля» допускали художественную условность. Скорее на материале советской истории HBO снял современный эпос: как действуют и что чувствуют люди перед лицом самой страшной техногенной катастрофы в истории. Слова «чернобыльцы» и «ликвидаторы» давно знакомы нам, теперь их заново выучил весь мир. Откуда этот всеобщий интерес к отечественной истории? Почему судьбой Людмилы Игнатенко, жены погибшего ликвидатора, вдруг озаботились зрители за океаном?

Советский Союз владел очень сложной техникой, о чем ярче всего свидетельствует наша космическая программа. Которая, кстати, мелькает в «Чернобыле» — в виде лунохода, при помощи которого пытались разбирать графит из взорвавшегося реактора. Техника, способная как дать людям огромные возможности, так и непреднамеренно уничтожить человечество, находилась в руках коммунистов, чьи официальные задачи, идеи и методы принципиально расходились с современными западными ценностями.

Как будут действовать человеческие существа, сосредоточившие в своих руках огромные возможности, при наличии принципиально иных общественных институтов, без демократии, свободы СМИ и частной собственности? Во что станут верить и на что надеяться? Вот один из ключевых вопросов «Чернобыля», человеческой трагедии, разворачивающейся на фоне альтернативной — по отношению к западной — модернизации.

Советская идеология предполагала, что человеческая природа пластична и что «нового коммунистического человека» можно воспитать, меняя условия его жизни. «Чернобыль» предлагает другую версию: «строители коммунизма» могут оставаться людьми не благодаря, но вопреки социальной системе, в которой они существуют.

Советские плановая экономика и партийная цензура развивали в людях худшие черты — систематическое вранье, двоемыслие и лесть по отношению к начальству — все это ясно отражено в сериале.

Глобальные последствия катастрофы в Чернобыле удалось предотвратить потому, что поверх всех этих привычных для советской жизни практик существовали свойственные всем людям вне зависимости от социального строя представления о долге, эмпатии и чести. «Чернобыль» понятен всем, потому что он говорит: люди остаются людьми в любых ситуациях.

Если вычеркнуть критику начальства и нехарактерный для официального советского искусства натурализм, «Чернобыль» вполне мог быть произведением социалистического реализма, буквально рассказывающего историю подвига советского народа. Медики, военные, шахтеры, ученые и даже советский бюрократ Борис Щербина в конечном итоге жертвуют своими интересами ради человечества. Сцена поднятия советского флага на вентиляционной трубе взорвавшейся АЭС отсылает одновременно к флагу над Рейхстагом и флагу на Иводзиме (на одной из самых известных американских фотографий Второй мировой изображены морские пехотинцы, поднимающие национальный флаг над отбитым у японцев островом Иводзима).

В «Чернобыле» много телесного. Авторы сериала с современным западным вниманием к страданию и праву человека жить без него показывают последствия лучевой болезни у людей, тела местных жителей, эвакуированных навсегда из родных мест, тела животных, которых уничтожают из-за радиационной опасности, тела ликвидаторов, которые выжили, несмотря на смертельный риск. Умерших ждут бетонные могилы — бесконечная метафора радиоактивной не-жизни.

Это художественное произведение, и ловить сценаристов на ошибках совсем неинтересно. Кто-то, например, обратил внимание на то, что многоэтажки (сериал снимался в Литве и Украине) советских серий на панорамных съемках укомплектованы пластиковыми стеклопакетами. Становится ли от этого менее достоверной и человечной история? Вряд ли такие детали при общем внимании авторов к советскому быту имеют значение. Да, и водку в открытую ликвидаторы не пили — в СССР действовал сухой закон. Не существовало в исторической реальности и белорусского физика Ульяны Хомич — она единственный вымышленный персонаж сериала, введенный авторами как двигатель сюжетной линии и как альтер эго профессора Легасова.

Так почему же «Чернобыль» посмотрел весь мир? Американцам удалось рассказать о великой и трагической истории нашей страны, избежав штампов, но сохранив пафос. И это урок для отечественных «мастеров искусств», сидящих на государственных субсидиях. Оказывается, если не пытаться делать очередной пропагандистский лубок, но рассказывать людям правду о наших бедах и подвигах, то можно сделать шедевр.

Друзья!

Если вы тоже считаете, что журналистика должна быть независимой, честной и смелой, станьте соучастником «Новой газеты».

«Новая газета» — одно из немногих СМИ России, которое не боится публиковать расследования о коррупции чиновников и силовиков, репортажи из горячих точек и другие важные и, порой, опасные тексты. Четыре журналиста «Новой газеты» были убиты за свою профессиональную деятельность.

Мы хотим, чтобы нашу судьбу решали только вы, читатели «Новой газеты». Мы хотим работать только на вас и зависеть только от вас.
Вы можете просто закрыть это окно и вернуться к чтению статьи. А можете — поддержать газету небольшим пожертвованием, чтобы мы и дальше могли писать о том, о чем другие боятся и подумать. Выбор за вами!
Стать соучастником
Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera