Репортажи

Дело притянули за «выразительные брови»

Следствие определилось с обвинением по делу Азата Мифтахова за разбитое окно «Единой России»

Азат Мифтахов. Фото: Виктория Одиссонова / «Новая»

Этот материал вышел в № 123 от 1 ноября 2019
ЧитатьЧитать номер
Общество

Андрей Каревкорреспондент судебного отдела

4
 

Аспиранту МГУ Азату Мифтахову и четырем другим фигурантам дела о разбитом окне офиса «Единой России» в столичном Ховрине предъявили обвинение в окончательной редакции. В ближайшее время будет объявлено об окончании расследования. На протяжении всего следствия от Мифтахова и других обвиняемых следователи требовали признания и оказывали давление. Не выдержав прессинга, двое из них не стали испытывать судьбу и уехали из России.

Помимо Мифтахова, по делу проходят Елена Горбань, Алексей Кобаидзе, Святослав Речкалов и Андрей Ейкин. Следствие полагает, что 31 января 2018 года они совершили нападение на офис «Единой России». Горбань вменяют, что она разбила окно, Кобаидзе бросил в офис дымовую шашку, Ейкин все происходящее снимал на видео, Речкалов опубликовал запись в интернете, а Мифтахов стоял вблизи и следил за обстановкой.

Сперва следствие попыталось связать Мифтахова с изготовлением самодельной бомбы (ч. 1 ст. 223.1 УК), найденной на автобусной остановке в Балашихе. Вместе с ним задержали еще 11 человек, но всех отпустили — двое позже заявили, что их пытали электрошокером. Улик, указывающих на причастность Мифтахова, следствие не нашло, и горсуд Балашихи отказался его арестовать. Мифтахова отпустили, но сразу же задержали на выходе из ИВС по подозрению в вандализме (ч. 1 ст. 214 УК).

Тогда же полиция задержала активистов Горбань и Кобаидзе. Их допросили и позднее отпустили, а расследование дела оставалось незавершенным. «Вандализм» найти не удалось. В итоге дело переквалифицировали на «хулиганство», совершенное группой лиц (ч. 2 ст. 213 УК).

Кобаидзе и Горбань частично признали вину, но они категорически отрицают, что с ними на акции был Мифтахов. Все обвинение строится на показаниях секретного свидетеля. 9 февраля в ходе очной ставки его лицо скрыли под маской и представили под псевдонимом Петров. Свидетель утверждал, что в ночь на 31 января он видел на Онежской улице, где находится офис «Единой России», шесть человек. Спустя год свидетель вдруг вспомнил, что нападавшие разделились на две группы, в одной из которых находился Мифтахов.

Что конкретно там делал Мифтахов, свидетель не смог объяснить. Отметил только, что он размахивал руками. Свидетель запомнил подозреваемого по лицу, потому что у него «выразительные брови».

Вместе с этим после осмотра планшета и телефона следователь сделал вывод, что Мифтахов якобы вел переписку, в которой обсуждалось его намерение совершить акцию протеста у офиса единороссов.

С этими доказательствами согласился суд и арестовал аспиранта. На каждом продлении стражи позиция у следствия не менялась, они уверены, что отпускать Мифтахова нельзя «из-за его прошлого» — за судимость по делу о насилии в отношении полицейского. Также в деле есть две справки из ГУ МВД по противодействию экстремизму, в которых указано, что активист в 2014 году вступил в анархистское движение «Народная самооборона». По сведениям правоохранителей, эта организация «ставит своей целью насильственную смену власти по сценариям цветных революций» и может быть причастна к проведению незаконных акций по всей России и даже в Париже.

На протяжении всего следствия на обвиняемых периодически оказывали давление. 26 апреля Мифтахову в СИЗО нанесли визит двое мужчин, они потребовали во всем сознаться. Аспирант отказался с ними разговаривать, тогда ему пригрозили «запуском репрессивного аппарата».

В июне к родителям Мифтахова в квартиру в Нижнекамске заявились силовики. Они пригрозили, что поставят на учет 16-летнюю сестру аспиранта за то, что она расклеивает стикеры в поддержку брата, а отчиму грозили проблемами на работе, если не даст показания против пасынка.

Только сейчас всем фигурантам следствие предъявило обвинение в окончательной редакции без серьезных изменений. Единственно, исключен квалифицирующий признак — использование предмета в качестве оружия, сообщила «Новой» адвокат Мифтахова Светлана Сидоркина.

Экспертами установлено, что дымовая шашка, брошенная в офис «Единой России», не является боеприпасом или оружием. Не установлено, чем же было разбито окно.

Двое фигурантов дела, опасаясь за свою жизнь, не стали дожидаться окончания следствия и уехали за пределы страны. Речкалов заявил членам ОНК, что после задержания его пытали электрошокером. 21 октября стало известно, что и Кобаидзе уехал из России. Вероятнее всего, их дела будут выделены в отдельное производство, а самих обвиняемых объявят в розыск.

Друзья!

Если вы тоже считаете, что журналистика должна быть независимой, честной и смелой, станьте соучастником «Новой газеты».

«Новая газета» — одно из немногих СМИ России, которое не боится публиковать расследования о коррупции чиновников и силовиков, репортажи из горячих точек и другие важные и, порой, опасные тексты. Четыре журналиста «Новой газеты» были убиты за свою профессиональную деятельность.

Мы хотим, чтобы нашу судьбу решали только вы, читатели «Новой газеты». Мы хотим работать только на вас и зависеть только от вас.
Вы можете просто закрыть это окно и вернуться к чтению статьи. А можете — поддержать газету небольшим пожертвованием, чтобы мы и дальше могли писать о том, о чем другие боятся и подумать. Выбор за вами!
Стать соучастником

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera