Интервью

«Шансы "Газпрома" — один к трем»

Суд обязал госкорпорацию выплатить украинскому «Нафтогазу» 2,6 млрд евро под угрозой блокировки активов. Как защищаться? Отвечает эксперт

Этот материал вышел в № 128 от 19 ноября 2018
ЧитатьЧитать номер
Экономика

Мария Епифановасобкор в странах Балтии

2
 
Фото: РИА Новости

В начале ноября суд Швейцарии запретил компаниям Nord Stream и Nord Stream 2 совершать любые выплаты «Газпрому». Это обеспечительная мера в рамках исполнения решения Стокгольмского арбитражного суда.

В конце февраля Стокгольмский арбитраж решил четырехлетний спор между украинским «Нафтогазом» и российским «Газпромом» в пользу первого. «Нафтогаз» первоначально намеревался взыскать с «Газпрома» 17 млрд долларов за недостаточные объемы транзита газа через Украину в 2009–2017 годах. Суд по итогам рассмотрения встречных исков снизил итоговую сумму компенсации до 2,6 млрд евро и разрешил начать процедуру принудительного взыскания. В результате были частично арестованы активы «Газпрома» в Великобритании.

В июне, однако, Апелляционный суд Швеции наложил временный запрет на процедуру принудительного взыскания, но уже в сентябре отменил свое решение. Теперь ничто не мешает «Нафтогазу» добиваться ареста имущества «Газпрома» практически во всех странах, где у компании есть активы.

Перспективы «Газпрома» в интервью «Новой газете» проанализировал партнер международной юридической компании Aceris Law Уильям Кертли.

справка

Уильям Кертли

Уильям Кертли — юрист, партнер в международной компании Aceris Law с офисами в Париже, Женеве и Лондоне.

Специализируется на международных коммерческих арбитражных спорах.

Является членом Международного арбитражного института, преподает в Университете Париж Х — Нантер.

Работал консультантом Всемирного банка в области внесудебного урегулирования споров.

— Исходя из своего опыта, можете ли вы назвать финальное решение Стокгольмского арбитражного суда необычным или же это рутинное, стандартное решение?

— Хотя урегулирование конфликта между сторонами происходит чаще по взаимному согласию, международные споры в газовой отрасли довольно часто решаются именно в арбитражном суде. Стокгольмский арбитражный суд особенно часто участвует в разрешении конфликтов, в которые вовлечены стороны из бывших республик СССР. Так что само по себе разрешение конфликтов через Стокгольмский арбитраж для газовых компаний — обычная практика, а вот сумма компенсации выше обычного.

Это суд в данном случае определяет размер компенсации?

— В Стокгольмском арбитраже, как и в любом судебном процессе, стороны высказывают свои требования. «Нафтогаз» изначально требовал от «Газпрома» куда более значительную сумму. А дальше арбитражный суд решал, какие из требований удовлетворить и в каком объеме. И согласился лишь с небольшой частью суммы, изначально заявленной в иске «Нафтогаза».

И все равно она выше, чем обычно при таких спорах?

— Она просто очень большая. Средний размер компенсации, который фигурирует в решениях Стокгольмского арбитража, — что-то около 7 миллионов долларов. Просто для сравнения: за весь 2017-й общий объем компенсаций по всем принятым в том году решениям Стокгольмского арбитража составил полтора миллиарда долларов. А тут сумма выше, чем во всех делах, рассмотренных в 2017 году, вместе взятых.

Есть момент, который меня смущает в нынешнем решении Швейцарского суда. Блокировка выплат «Газпрому» касается компаний Nord Stream и Nord Stream 2. При этом Nord Stream 2 — это компания, созданная под строительство газопровода «Северный поток 2», и она не имеет отношения к транзиту газа через Украину. Можете ли вы объяснить юридическую логику, которая стоит за этим решением?

— Поскольку окончательное решение принято в пользу «Нафтогаза», а «Газпром» отказывается выплачивать компенсацию, «Нафтогаз» имеет право претендовать на любые активы «Газпрома» в тех странах мира, которые подписали Нью-Йоркскую конвенцию, а это 159 стран.

В случае с Nord Stream «Газпром» является мажоритарным, но не единственным акционером, ему принадлежит 51% компании. Не ущемляет ли это права других акционеров?

— В данном случае, это вопрос швейцарского законодательства. Если Швейцарский суд одобрит конфискацию акций «Газпрома» в Nord Stream, он постарается сделать так, чтобы остальные акционеры при этом не пострадали. Очевидно, что их этот конфликт не касается.

Как правило, суд может в таком случае заморозить акции, то есть они не могут быть переданы или выставлены на продажу. Это случается, и это довольно распространенная практика в отношении компаний-должников.

Это не затронет других акционеров. Технически после заморозки акций «Газпрома» в Nord Stream суд может постановить продать их, чтобы использовать прибыль от сделки для компенсации требований «Нафтогаза».

Решение Стокгольмского арбитражного суда было обязательным для Швейцарии?

— Швейцарские суды признают и выполняют окончательные решения, принятые в международных арбитражных судах. Это обязательство Швейцарии — в соответствии с Нью-Йоркской конвенцией и собственным законодательством. Поскольку у «Газпрома» есть активы в Швейцарии, они могут быть использованы для выплаты компенсации «Нафтогазу».

— А что касается других стран, где также есть активы «Газпрома»?

— «Нафтогаз» сейчас пытается добиться исполнения решения Стокгольмского арбитража в Великобритании и в Нидерландах, где у «Газпрома» также есть активы. В июне «Нафтогаз» добился решения Лондонского суда, которое обязывает «Газпром» представить «Нафтогазу» список своих активов в Великобритании. Я полагаю, что «Газпром» подаст апелляцию, так что там все пока на стадии судебного процесса.

Но суть в том, что если «Газпром» не выплатит компенсацию, «Нафтогаз» может инициировать аналогичную процедуру в любой стране, где есть активы «Газпрома».

«Газпром» уже заявил, что будет подавать апелляцию в Швейцарский суд. Как вы думаете, есть ли шанс, что суд удовлетворит апелляцию? От чего это зависит?

— Пока что Швейцарский суд постановил принять обеспечительные меры. Единственный способ предотвратить исполнение решения международного арбитражного суда в Швейцарии — это доказать, что данный конфликт находился вне юрисдикции Стокгольмского арбитража, либо что при формировании арбитражного суда были допущены нарушения, либо что суд действовал вне своих полномочий. То есть были серьезные нарушения в ходе процесса — такие, что исполнение этого решения повлечет за собой нарушение швейцарских законов. Но тут шансы «Газпрома» невелики: крайне редко решения международного арбитражного суда не исполняются Швейцарией.

— То есть единственный шанс «Газпрома» — упирать на процессуальные нарушения?

— В Швейцарии — да. Швейцарский суд не будет повторно рассматривать конфликт по существу. Рассмотрены могут быть либо процессуальные нарушения, либо нарушения, связанные с юрисдикцией. Либо нужно будет доказать, что кто-то коррумпировал арбитражный суд.

Но вообще надо помнить, что таких прецедентов — когда исполнение решения международного арбитражного суда в Швейцарии было остановлено из-за подобного рода нарушений, — было всего два за последние двадцать лет. Это очень редкий случай.

У «Газпрома» очень хорошие юристы, они будут использовать любую зацепку, но это сложно.

Алексей Миллер и Владимир Путин в Эрмитаже. Фото: РИА Новости

Каковые возможные последствия для «Газпрома» в этой ситуации?

— У «Газпрома» есть несколько опций, как у компании, признанной должником.

  1. Они могут добиваться аннулирования решения арбитражного суда, что «Газпром» сейчас пытается сделать.
  2. Другая опция — пытаться предотвратить исполнение этого решения в каждой стране, в которой «Нафтогаз» претендует на активы «Газпрома», это сейчас тоже происходит.
  3. Третья опция — самим инициировать иск против «Нафтогаза» и потребовать компенсацию, которая перекроет компенсацию, потребованную «Нафтогазом».
  4. Ну и конечно, он может выполнить решение суда и выплатить деньги.

Насколько реальны опции, о которых вы говорите? Вторую мы уже обсудили, а что касается аннулирования решения Стокгольмского арбитража — такое возможно?

— По закону, есть несколько оснований для аннулирования решения. Главный аргумент «Газпрома» — компания сообщала об этом, и эта новость широко обсуждалась в арбитражных кругах, потому что это интересный поворот: что в составлении текста решения, помимо троих арбитров, принимал участие еще один человек, судебный секретарь. В данном случае было трое арбитров: два шведа и один датчанин, все в возрасте около 60 лет. «Газпром» настаивает, однако, что значительную часть текста составил их молодой, тридцатилетний коллега, у которого нет достаточного опыта. И он не был включен в состав арбитражного суда, который должен был принять решение по этому спору.

На самом деле это очень умный аргумент. Сложно сказать, преуспеет «Газпром» или нет (не в первый раз используется такой аргумент!), но шансы есть. Вопрос в том, ставит ли это под сомнение само решение.

То есть это самый сильный аргумент?

— Да.

«Газпром» нанял эксперта-лингвиста, чтобы доказать, что текст действительно в значительной степени был составлен кем-то еще, кроме арбитров.

Это не гарантирует им аннулирования, но это уже что-то. Я бы сказал, что шансы «Газпрома» на успех в этой ситуации один к трем.

Но если это произойдет, «Нафтогаз» окажется в очень сложной ситуации, потому что ему придется заново начинать весь арбитражный процесс, с нуля. И без гарантии, что они снова победят. Вы будете удивлены, но очень часто по одним и тем же спорам выносятся абсолютно разные решения в зависимости от состава арбитражного суда.

Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera