Комментарии

Ностальгия по ГДР существует,

как существует в России ностальгия по Советскому Союзу

Фото: AP

Этот материал вышел в № 125 от 8 ноября 2019
ЧитатьЧитать номер
Общество

3
 

После крушения Берлинской стены я снова оказалась на Александер-плац, площади, которую знала вдоль и поперек. Помнила ее еще почти пустой, мрачной, несшей на себе следы войны, — это чувствовалось даже в 60-е годы. Но постепенно она хорошела, застраивалась. Может быть, в соответствии с нынешними архитектурными предпочтениями и не очень изящно. Возникли огромный отель «Штадт Берлин» и большой универмаг «Центрум», заполненный преимущественно приезжими из соцстран. Больше всего там было поляков и русских.

В ГДР у меня было много друзей. Посвятив жизнь немецкой литературе, я встречалась с самыми знаменитыми писателями — Кристой Вольф, Германом Кантом, Стефаном Хермлином, Хайнером Мюллером, а еще до них всех — с рано умершей Бригиттой Райман, которая ушла совсем молодой, оставив в литературе свежий аромат искренности и предвкушения трагедии.

При всей догматической зашоренности, жестком контроле и твердо обозначенных рамках того, чем заниматься можно, а чем нельзя, при всех идеологических границах ученые, да и писатели этого ушедшего в небытие государства были в чем-то чуть-чуть свободнее советских коллег. А в чем-то гораздо несвободнее. Точно взвесить это на аптекарских весах невозможно, но это было именно так. Мы жили в эпоху, которую через ряд лет вообще уже никто понимать не будет, кроме тех, кому еще довелось тогда пожить. И даже те, кто существовал в ту эпоху, начнут сомневаться: может, ничего этого не было и все это плод воображения?..

До 70–80-х годов восточные немцы жили, считая, что строят новое, более справедливое общество.

Энтузиазм первых лет был вдвойне оправдан тем, что они пережили в юности или молодости фашизм, войну, потом узнали — а многие действительно не знали — о зловещих преступлениях нацистского режима. Понять все это сегодня, когда нет ни самой ГДР, словно рухнувшей в пучину исторического океана, ни многих из тех, кто с неподдельным энтузиазмом воспринимал перемены, начинавшиеся после разгрома рейха, очень трудно. А потом исчез, испарился социалистический энтузиазм, который был у многих искренним.

После крушения Берлинской стены Александерплац выглядела совсем по-другому. Она сияла, сверкала, была заполнена открытыми кафе — повсюду яркие столики с зонтиками, на которых написаны крупными буквами названия западных фирм. Повсюду невероятное оживление, на каждом углу чем-то торговали, было полно цветов и солнца. Но настроение создавал духовой оркестр из Западного Берлина, которым управлял темпераментный бравый дирижер с военной выправкой. Оркестр играл «Розамунду», и небольшая толпа слушателей возле отеля слегка пританцовывала под зажигательные ритмы.

Граждане Берлина, столицы ГДР, праздновали конец ледниковой эры, сбрасывали сорокапятилетнее оцепенение, хотя, скорее всего, не каждый в этой небольшой толпе так уж жаждал расстаться с привычным образом и ходом жизни, вступить на казавшийся прежде манящим и недостижимым, а ныне вполне реальный, но чем-то уже пугающий новый путь.

Но тогда под «Розамунду», наблюдая за энергичными движениями дирижера, они явно торжествовали, и я присоединилась к этому торжеству. Мне-то праздновать было нечего, но мне всегда нравилась «Розамунда», к тому же оркестр был отличный, а бравый дирижер элегантно взмахивал палочкой и постукивал ногой в отличной обуви в такт музыке. Я улыбнулась, и обернувшийся к публике маэстро заметил эту улыбку. Ослепительно улыбнувшись в ответ, он сказал: «Битте шен, майне даме, пожалуйста, мадам, присоединяйтесь!»

Я, конечно, не двинулась с места, но продолжала улыбаться, а возможно, и слегка подпевать, но так, чтобы, кроме меня, никто ничего не слышал. Дирижер время от времени поворачивался и всякий раз ослепительно улыбался. Я до сих пор помню это ощущение радости, испытанное тогда, хотя мне и не предназначенное, бравого дирижера и звуки «Розамунды».

ГДР рухнула в одночасье. Но мне не было жаль, потому что сами граждане республики, в сущности, ни о чем не жалели, хотя до сих пор часть жителей «новых германских земель» с ностальгией вспоминает о «том времени», не может встроиться в новую жизнь, как и многие граждане России, вначале всей душой приветствовавшие перестройку, гласность и демократию, а потом убедившиеся, что настоящей демократии не получилось, а свобода слова снова усыхает до каких-то минимальных пределов, зато они состарились и оказались нищими в своей стране, обреченные любоваться готическими коттеджами «новых русских».

Сейчас, когда пройден исторический рубеж, возникает ощущение, что нас с восточными немцами объединяла общность судьбы, сходство пути.

Потом и мы, и они оказались в тупике, в тяжелом кризисе, но и обрели новые надежды, а вот сбудутся ли они, было неизвестно. В эйфории «перестройки» казалось, что да.

Но многие из тех, кто жил в ГДР и не хотел мириться с ее презрением к правам человека, с ее высокомерием «социалистического первородства», якобы делавшего их лучше и честнее, чем их собратья на Западе, кто чувствовал себя угнетенным, обойденным, не реализовавшимся, сейчас думают по-другому. Во всяком случае, ностальгия по ГДР (ее называют «остальгия»), присущая, разумеется, отнюдь не всем, но все же многим, еще существует. Как существует в России ностальгия по Советскому Союзу...

Ирина Млечина,
доктор филологических наук —
специально для «Новой»

Друзья!

Если вы тоже считаете, что журналистика должна быть независимой, честной и смелой, станьте соучастником «Новой газеты».

«Новая газета» — одно из немногих СМИ России, которое не боится публиковать расследования о коррупции чиновников и силовиков, репортажи из горячих точек и другие важные и, порой, опасные тексты. Четыре журналиста «Новой газеты» были убиты за свою профессиональную деятельность.

Мы хотим, чтобы нашу судьбу решали только вы, читатели «Новой газеты». Мы хотим работать только на вас и зависеть только от вас.
Вы можете просто закрыть это окно и вернуться к чтению статьи. А можете — поддержать газету небольшим пожертвованием, чтобы мы и дальше могли писать о том, о чем другие боятся и подумать. Выбор за вами!
Стать соучастником

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera