Сюжеты

Министр, которым говорит Москва

Ключевые события из карьеры руководителя МИДа России Сергея Лаврова — на фоне разговоров о его отставке

Фото: EPA

Этот материал вышел в № 41 от 18 апреля 2018
ЧитатьЧитать номер
Политика

3
 

За последнее время у министра иностранных дел Сергея Лаврова было много работы. Вместе с верными товарищами по цеху — официальным представителем министерства Марией Захаровой и постоянным представителем в ООН Василием Небензя — он язвительно комментировал обвинения Лондона в причастности России к отравлению двойного агента Сергея Скрипаля. Лавров анонсировал «зеркальные меры» по высылке дипломатов, а на Международной конференции по безопасности в Москве заявил, что у стран Запада «играть в одни ворота больше не получится». Параллельно США ввели дополнительные санкции против российского бизнеса, а Лондон назвал сотрудничество с Россией (по делу Скрипаля, но, кажется, что вообще) «извращением». Все сверху оказалось приправлено угрозой прямого столкновения России и США на фоне сообщений о химической атаке в Сирии. МИД это опроверг в своей вызывающей манере, но этим дело не кончилось — дошло до ракетных ударов по Сирии со стороны коалиции под руководством США. Нагрузке на дипломатов в эти дни, абстрагируясь от контекста, можно даже посочувствовать.

Сергей Лавров — министр-долгожитель. На должности главы внешнеполитического ведомства он находится с 2004 года. За это время журналисты отправляли его в отставку неоднократно, однако позиции Лаврова всякий раз были незыблемы. В конце марта телеканал RTVI сообщил, что отставка планируется вновь — на этот раз из-за усталости Лаврова. По словам источника телеканала в МИД, сам министр давно хочет оставить свой пост, но, по личной просьбе Путина, доработал до президентских выборов. И хотя Лавров на вопрос о возможном его сменщике от агентства Bloomberg заявил, что «не привык заниматься чем-то, кроме того, чтобы обеспечивать максимально эффективную работу», сейчас вероятность отставки 68-летнего министра гораздо выше, чем когда-либо. Не только из-за усталости, но и из-за сильно возросшего количества внешнеполитических конфликтов.

Два отравления одной карьеры

Осенью 2006 года в Лондоне от отравления полонием-210 скончался бывший сотрудник российских спецслужб Александр Литвиненко. В его смерти власти Великобритании подозревали Андрея Лугового — предпринимателя, который позже стал депутатом Госдумы. Лугового тогда Лондону российская сторона не выдала, хотя готовность к сотрудничеству в первое время выражала, а по поводу смерти Литвиненко выразила официальные соболезнования. «Молодой» министр иностранных дел Сергей Лавров максимально дипломатично призывал коллег из Британии разбираться вместе. «Уже некоторое время назад, когда английские власти объявили о начале своего расследования и выразили желание получить информацию, которая может иметь к этому делу, в том числе и с российской стороны, наш президент, находясь на саммите с ЕС в Хельсинки, публично и четко сказал, что в случае поступления конкретных запросов, мы будем готовы их конкретно и оперативно рассматривать», — приводила слова Лаврова в декабре 2006 года BBC. Чуть позже Лавров уже с меньшим энтузиазмом заявил, что попытка «сделать это дело политической сенсацией» ни к чему не приведет.

В 2018 году в Солсбери был отравлен двойной агент Сергей Скрипаль и его дочь Юлия. Британские спецслужбы публично заявили, что для отравления использовалось нервно-паралитическое вещество «Новичок», которое было разработано в России. Вслед за этим британский премьер Тереза Мэй объявила о высылке 23 российских дипломатов, которые, по мнению Лондона, являются сотрудниками разведки. Примеру Великобритании последовали многие европейские страны, а также США.

Сергей Лавров в этот раз не стал отвлекаться ни на какой церемониал, а с ходу обвинил Лондон и Запад вообще в нагнетании «истерии». «Нас обвиняют не только в этом, но во всем, что, по мнению наших западных партнеров, происходит не так на этой планете, — заявил Лавров. — Мы не слышали ни одного конкретного факта. Мы только смотрим репортажи по телевидению, где ваши коллеги, с очень серьезными лицами, пафосом, говорят, что если это Россия, то будет такой ответ, который Россия запомнит навсегда. Это несерьезно. Опять чистой воды пропаганда, нагнетание истерики и истерии».

Лавров, впрочем, добавил, что Россия по-прежнему готова «рассмотреть возможность» помощи следствию, если это будет нужно. Но британская сторона публично от этого отказалась, и тогда Россия начала в соответствии со словами Лаврова отвечать «зеркально»: в стране был закрыт Британский совет, а после массовой высылки дипломатов из Европы и США Министерство иностранных дел, откровенно издеваясь, предложило россиянам самим выбрать, где закрыть консульство США. Выбор пал на Петербург, дипломаты оттуда уже уехали.

Надо сказать, что изменение риторики — всех, не только Лаврова, — удивительный, но не очень-то уж неожиданный процесс. «Нынешний курс на эскалацию и обострение международных отношений давно не меняется, — говорит «Новой» политолог Глеб Павловский. — Лавров, несомненно, участвовал в его создании. Даже его речь изменилась. До 2014 года публично он так не разговаривал»

«Я разговаривал с некоторыми людьми из советской дипломатии, и их трясет, когда они слышат Захарову, Лаврова и всю эту компанию. Это полное дипломатическое бескультурье, — добавляет доктор политических наук Юлий Нисневич. — Началось это довольно давно, но сам Лавров до последнего момента меньше всего в этом участвовал. Он же выходец из советской дипломатии. И, видимо, понял в последнее время, что все, чему его учили в советской дипломатии, сейчас никого не интересует. Сейчас другие правила: кто круче выскажется — тот и главнее».

Cocainum Argentinum

На южно-американском направлении, где у России и МИДа в частности вроде бы все было в порядке, в последнее время тоже стало неспокойно. При строительстве посольского здания в Панаме выяснилось, что работникам не платят зарплаты, они едут на объект без должного оформления, а два человека в итоге умерли из-за болезней (как минимум, одному из них не была оказана квалифицированная помощь из-за отсутствия страховки, но официально МИД это опровергает). Правда, в этом случае само Министерство вроде оказалось ни при чем, поскольку формально проблемы создал подрядчик строительства. После публикации «Новой газеты» все долги были выплачены в течение нескольких дней.

Второй скандал оказался куда серьезнее. Речь идет почти о 500 килограммах кокаина, который был обнаружен в здании школы при посольстве России в Аргентине. Нашли наркотик еще в 2016 году, но стало об этом известно лишь зимой 2018 года. Официально кокаин принадлежал одному из сотрудников посольства, а в конце 2017 года спецслужбы накрыли канал поставки наркотиков, в результате чего минимум три человека были задержаны.

Проблема оказалась в информационном освещении ситуации с наркотиками.

Дело даже не в большом количестве шуток по поводу связи МИДа и кокаина, а в том, что журналисты стали выяснять подробности этой связи.

Так, в РБК сделали вывод, что к перевозке кокаина может быть причастен самолет, перевозящий первых лиц государства. «КоммерсантЪ» опубликовал часть показаний одного из задержанных (завхоза посольства РФ в Аргентине Али Абянова), который заявил, что кокаин поставлялся в Россию через МИД военными бортами с 2012 года. Газета «Версия» в статье «Наркомат иностранных дел» предположила, что именно этот прокол будет стоить министру Лаврову кресла.

МИД РФ и связанные со скандалом структуры демонстративно отрицают все обвинения. Сам Сергей Лавров от комментирования «кокаиновой темы» дистанцировался, отдав это на откуп своим замам. Из тех, кто так или иначе говорил об этом скандале, показательнее всех высказался первый зам Лаврова Сергей Рябков. «Занимаются изобретением и изготовлением подобных подробностей люди, которые заряжены изначально на выискивание негатива и придумывание небылиц, и, по большому счету, целенаправленную работу по очернению того, в общем, продуктивного и во многом беспрецедентного сотрудничества, которое сделало возможным раскрытие обстоятельств этого резонансного дела», — заявил Рябков 28 февраля.

Сирийско-украинский дипломатический фронт

Работа Лаврова на должности министра иностранных дел пришлась минимум на три военные кампании. Война в Грузии в 2008 году уже слегка подзабыта, хотя именно тогда, как утверждалось, Лавров впервые употребил в общении с публичными лицами обсценную лексику (речь о разговоре с британским главой МИД Дэвидом Милибэндом и якобы имевшей место фразе «Кто ты, …, такой, чтобы меня учить?» — в МИД тогда все привычно опровергли). Зато конфликт на востоке Украины по-прежнему открыт. Ему предшествовал также референдум о статусе Крыма, после которого Россия приняла полуостров в свой состав, а после всех этих событий Россия оказалась под большим количеством международных санкций.

Лавров как представитель российской стороны все эти годы публично защищает так называемые «минские соглашения» — документы, подписанные главами нескольких государств и направленные на деэскалацию конфликта на Украине. Первые документы были подписаны в 2015 году, но с тех пор они регулярно нарушаются, а стороны публично обвиняют друг друга в игнорировании соглашения. От лица Москвы об этом неоднократно говорил как раз Сергей Лавров. Так, 7 февраля 2017 года после очередного обострения ситуации на границе Лавров заявил, что нарушение минских договоренностей выгодно президенту Украины Петру Порошенко, поскольку иначе будет очевидно, что Киев выполнить соглашение не может. Кроме того, 26 апреля 2017 года Лавров заявил, что на Украине «берет верх партия войны». При этом глава МИД встречается с представителями украинской стороны и комиссарами ОБСЕ, обсуждая дальнейшие варианты урегулирования конфликта.

Фото: EPA

Кроме того, с 2015 года Россия участвует в войне в Сирии. Основную партию там играет Министерство обороны, но МИД тоже не остается в стороне. Представители внешнеполитического ведомства вместе с помирившейся с Россией Турцией и другими странами региона создали «астанинский формат» — по названию столицы Казахстана, где Нурсултан Назарбаев собрал по возможности все заинтересованные стороны. Стоит отметить, что международная коалиция во главе с США к этому формату относится весьма скептически, в российских заслугах в Сирии сомневаются даже некоторые российские эксперты. А главное — МИД опять вынужден реагировать на обвинения в адрес России — и реагировать в свойственной ему манере «все врут». Основное обвинение в адрес России в связи с ситуацией в Сирии — бомбардировки Восточной Гуты, невзирая на гражданские потери. Кроме того, правительственные войска, которых поддерживают российские военные, обвиняют в применении химоружия.

«Попытки дать информацию из такого рода источников, конечно, будут продолжаться с единственной целью: очернить, ошельмовать правительственные силы во всех грехах, обвинить их в преступлениях с тем, чтобы реализовывать последовательно те действия, которые уже мы наблюдаем в восточных районах САР, где США реализуют, как я убежден, сценарий создания квазигосударства», — заявил Лавров 26 февраля. А 29 марта в интервью казахстанским СМИ Лавров заявил, что Восточная Гута почти полностью очищена от террористов, которые «на протяжении многих лет убивали, калечили, подвергали смертельной опасности мирных жителей Дамаска, обстреливая из минометов жилые здания, жилые кварталы, объекты инфраструктуры и иностранные дипломатические миссии».

Если для внутреннего потребителя слова Лаврова оказались убедительны, то мировое сообщество отнеслось к ним с максимальным скепсисом. Дональд Трамп своими воинствующими твитами четко дал понять, что считает причастной к химатаке Россию, и едва не решился на удар по Сирии (к моменту подписания номера в печать все-таки не решился).

Однако ситуация резко обострилась после реакции с российской стороны: посол России в Ливане Александр Засыпкин заявил, что «если последует удар со стороны Америки, ракеты будут сбиты, а также будут поражены объекты, с которых производились залпы». Засыпкин добавил, что это официальная позиция российской власти по этому вопросу. Но Глеб Павловский сомневается, что посол координировал свою речь вообще хоть с кем-либо, да и с МИДом мог не советоваться. «Это не столько инициатива Лаврова, сколько самостоятельные импровизации разного рода людей, которые пытаются вписаться в новый тренд. Он ведь не заявлен официально. Характерно, что раньше такое заявление было бы немыслимо без предварительного одобрения министра иностранных дел. Но в нынешней ситуации они пытаются отличиться. Они думают, что, если займут более радикальную позицию, им это может быть засчитано в их карьере», — говорит политолог.

Отметим, что непосредственное начальство Засыпкина не подтвердило его слова — но и опровергать не бросилось. «Ситуация с высказыванием посла России в Ливане — это безобразие, — констатирует Нисневич. — Посол вообще не имеет права такие вещи объявлять. Надо понимать, что есть такой персонаж как Трамп. Заявление посла для Трампа, как красная тряпка. Такие как бы жесткие, но на самом деле хамские заявления абсолютно не дипломатические. Произошло какое-то странное разделение. У нас, по Конституции, внешней политикой руководит президент. Президент сейчас высказывается гораздо более обтекаемо и дипломатично, чем дипломаты. Есть такое впечатление, что наши дипломаты, в частности Лавров, высказываются для внутреннего потребления. Он раньше таким не был. Мне кажется, что в момент, когда откровенно началось жесткое противостояние, Лаврова вынудили тоже в эту игру играть. Это начинается [именно] с сирийских событий».

В ночь на 14 апреля коалиция под руководством США нанесла точечные ракетные удары по объектам, предположительно связанным с сирийской химической программой, в окрестностях Дамаска и Хомса. Первая реакция МИДа РФ была гораздо более сдержанной, чем накануне удара.

Америка с другого берега

Основное поле битвы Лаврова — это взаимоотношения с США, которые за последние несколько лет ухудшились до уровня холодной войны (собственно, это выражение широко вернулось в обиход). Страны обменялись ударами по дипломатам, а США раз за разом вводят санкции в отношении России и конкретных персон. Кроме всего прочего, в США расследуется дело о вмешательство России в выборы президента страны, а активы людей, включенных в санкционные списки, могут быть в скором времени арестованы.

Сам Сергей Лавров называет нынешнее ухудшение отношений даже более сильным, чем во времена холодной войны.

Несмотря на попытки балансировать и призывы к «взаимному уважению» в общении двух стран, российское внешнеполитическое ведомство все чаще переходит к обвинениям. «Такой ревизионизм отражает стремление делать еще больший упор на односторонность в мировых делах. Выдвигаются требования, и как только стороны, кого это затрагивает, выдвигают свои подходы, тут же заявляется, что это саботаж, угроза санкциями. Это уже не дипломатия, это попытка навязывать свои интересы», — обиженно заявил Лавров на Конференции по безопасности 5 апреля.

Отметим, что глава МИД все еще пытается шутить. В конце декабря прошлого года Лавров посетил программу «Международная пилорама» на телеканале НТВ, где заявил, что «вы не все перечислили, что мы в этом году сотворили. Швеция, Дания, Черногория, Австрия, Македония. Пришлось потрудиться, конечно, это не так просто». «Из-за этого у нас руки не доходили до других вещей, которые не менее важны. Например, как культурные связи с Японией развивать… Пока императора японского снять не получается. Через два года только [он отречется от престола]. Мы все делали, чтобы это было поскорее, но два года он выпросил», — заявил Лавров.

Фото: EPA

Попытка самоиронии на самом деле грустная: хотя МИД и утверждает, что никто не представил ни единого доказательства вмешательства России в выборы в разных странах (все это «трепотня», заявило официально ведомство), внешнеполитический образ страны сейчас плох как никогда за последние четверть века. И желание Лаврова снять с себя хотя бы часть ответственности за происходящее становится еще понятнее. «По поводу скорой отставки Лаврова: мне кажется, что Лавров со всей своей советской предысторией здесь уже не к месту, он не вписывается в эту историю. Та стилистика МИДа, которая сейчас существует, не очень органична для Лаврова. Здесь нужен какой-нибудь Борис Джонсон (как образ, естественно)», — считает Юлий Нисневич.

«Лавров, конечно, как видно даже по его лицу, хамил Западу без удовольствия, — добавляет Глеб Павловский. — Он не так вдохновленно это делал, как Захарова или Небензя. Так что, может быть, это ему поставят в вину. Но это опять же в каких-то невидимых нам аппаратных боях. А так я не вижу необходимости менять Лаврова в ситуации, когда Москве придется идти на деэскалацию, потому что дальше играть на обострение уже нечем, нет инструментов».

Впрочем, если Лавров все-таки уйдет, при нынешнем курсе, как показывает практика, выразителей официальной позиции Москвы под его предводительством выросло уже достаточно — есть кому подхватить знамя. Правда, если так и дальше вести дела с миром, — может оказаться, что и никакой МИД больше не понадобится.

P.S.

О некоей усталости Лаврова может свидетельствовать и тот факт, что МИД на какое-то мгновение утратил контроль даже на таком, казалось бы, безопасном направлении, как Центральная Азия. В середине марта этого года Сергея Лаврова спросили, как он относится к тому, что Казахстан в одностороннем порядке разрешил безвизовый въезд и не кому-нибудь, а американцам. Лавров как раз собирался в Астану и, судя по тональности его слов, процитированных Интерфаксом, очень удивился, узнав о таком «ударе в спину». «Вы знаете, честно говоря, я вас не обманываю, я не знал об этом. И я завтра буду в Астане, я поговорю обязательно с моим коллегой, с моим другом Кайратом Абдрахмановым. Потому что, в принципе, такого рода вещи неизбежно повлекут какую-то необходимость в согласовании в рамках Евразийского экономического союза, где тоже действует принцип безвизового передвижения… Если и Казахстан в одностороннем порядке предоставил американцам безвизовый режим, то надо посмотреть, какие это будет иметь последствия для нашего единого визового пространства, потому что не всегда граждане Соединенных Штатов, которые могут ездить в Казахстан, могут ездить в Российскую Федерацию», — заявил Лавров.

Все бы ничего, но есть два маленьких нюанса. Во-первых, внутри ЕАЭС никто не обязан согласовывать подобные шаги, а право предоставлять безвиз — это право «суверенного государства», о чем в достаточно четкой и категоричной форме Лаврову публично напомнил казахстанский МИД через своего официального представителя Ануара Жайнакова. Ну а во-вторых, безвиз был разрешен еще в начале 2017 года, так что незнание министра иностранных дел России тем удивительнее. И показательнее: когда занят обменом шпильками со всем миром, смотреть на дела соседей совсем не остается времени.

Друзья!

Если вы тоже считаете, что журналистика должна быть независимой, честной и смелой, станьте соучастником «Новой газеты».

«Новая газета» — одно из немногих СМИ России, которое не боится публиковать расследования о коррупции чиновников и силовиков, репортажи из горячих точек и другие важные и, порой, опасные тексты. Четыре журналиста «Новой газеты» были убиты за свою профессиональную деятельность.

Благодаря вашей помощи, мы и дальше сможем рассказывать правду о важнейших событиях в стране. Мы хотим, чтобы нашу судьбу решали только вы, читатели «Новой газеты». Мы хотим работать только на вас и зависеть только от вас. Примите участие в судьбе «Новой газеты».

Становитесь соучастниками!
Вы можете просто закрыть это окно и вернуться к чтению статьи. А можете — поддержать газету небольшим пожертвованием, чтобы мы и дальше могли писать о том, о чем другие боятся и подумать. Выбор за вами!
Стать соучастником
Рейтинг@Mail.ru

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google ChromeFirefoxOpera